?

Log in

No account? Create an account

morokanski


Тёплый ламповый блог о литературе и не только

мысли, заметки, статьи, рецензии


Самая настольная из настольных книг Вуди Аллена
morokanski
Если не знали, то он женат на собственной падчерице. Никогда не видел его рабочего стола, но что-то подсказывает мне, что в дальнем углу, надёжно скрытая под кипой чего-нибудь увесистого, покоится потрёпанная (первого издания!), в непонятных пятнах, чёрная библия лоликона.

Поначалу тяга героя к молодой плоти возбуждает интерес и любопытство, хотя бы потому что тема во многом табуированная. Но главы летят, и неотступно следуя за главным героем, читатель постепенно приходит к выводу, что протагонист ему отвратителен. Но вот ирония: именно сквозь призму отвращения он и становится по-настоящему привлекателен. Дело даже не в том, что большинством современных обществ сношения с детьми осуждаются. В Йемене вот до сих пор возраст сексуального согласия – 9 лет. И ничего, небо ни на кого не упало; земля не разверзлась под ногами пропастью в ад. Дело тут в другом: при всей свей интеллигентности, хрестоматийной циничности и любви к детям, герой Набокова одержим своей запретной любовью. Он сражается за свой маленький рай, каким бы диким тот не казался всем остальным. Сражается самозабвенно, отрешённо, с осознанием всей тщетности и конечности; как анестезиолог, желающий облегчить страдания смертельно больного себя. Всё что остаётся читателю – наблюдать его падение, предвкушая расплату или (кто знает?), как лишённый возможности вмешаться падший ангел, в тайне оставаясь на его стороне.

Увы – «у его мечты слишком много врагов», как сказал бы некто (ультра)правый. Гумберт обречён страдать. Обречён в своей обречённости. Этим и заслуживает внимания.